Католическая церковь и шоколад

Интересно

Занимая пурпурный трон, во внутренних покоях Ватикана, папа Пий V, в 1569 году, ломал голову над многими вещами, но определенно не над шоколадом.

В общем и целом, святой Пий V был человеком серьезным, а его карьера, которую он сделал до избрания папой, вступив монахом в 14 лет в орден доминиканцев, в официальной церковной биографии описана как «Inquisitioris officium inviolabili animi fortitudine diu sustinuit», что означает: «Он долгое время исполнял функцию инквизитора с непоколебимой волей». Другими словами, святой Пий определенно не жил «в шоколаде».

В то обыкновенное утро святой Пий с коллегией кардиналов занимался обычными, по тем временам, делами. Он хотел организовать самый большой крестовый поход против турок, который когда-либо был. Наконец, один из кардиналов рискнул прервать святого папу, и сказал: «Святой отец, на улице все еще ждет посланник епископов Мексики, фра Жироламо ди Сан Винценцо. Он настоятельно просит Ваше Святейшество принять решение относительно великого мексиканского спора о шоколаде».

Шоколадом вымощена дорога в рай

В 1502 году, во время своего четвертого путешествия в Америку, Колумб обратил внимание на то, что местные аборигены варят коричневый напиток из бобов одного дерева. Дерево на местном наречии носило название – какавакуитл, плод — какаватл, а напиток – шокоатл. Даже после двадцати лет по прошествии завоевания Мексики, все переворачивалось в желудках испанских завоевателей, сколь ужасно горьким и жирным был для европейского вкуса шокоатл. И, надо полагать, испанцы вырубили бы все до последнего куста, если бы с конкистадорами в Новый Свет не прибыли люди более изысканного вкуса. Ага, это были те самые ребята, о которых мы говорили в прошлой части: монахи, священники, миссионеры, одним словом, люди, разбирающиеся в вопросах еды и питья.

В 1545 году начинался вселенский собор в Триенте, и это был, как и последний Ватиканский — собор реформ. Поэтому, с середины XVI века во всех монастырях Южной Америки начался смелый эксперимент, с которым надо было поспешить. Ведь под реформами тогда понимали не смягчение дисциплины, на сегодняшний манер, а ее усиление. Одним из вопросов, рассматриваемых на вселенском соборе, должен был стать вопрос о строгости выполнения обетов поста в монастырях.
Мы точно не знаем, какому монастырю удалось первым перехитрить вселенский собор. Есть предположения что это были монахи монастыря Богоматери в Гуанако. Рецепт превращения отвратительного напитка шокоатл в сказочное лакомство, именуемого ныне шоколадом, достаточно прост: выжить масло из жидкой массы какао и добавить в нее достаточное количество ванили и сахара.

Вероятно, монахам из Гуанако так же первым пришла в голову мысль потреблять напиток не холодным, как делали это аборигены, а горячим. Немного позднее в Гватемале мастерам кухни из числа духовенства удалось законсервировать шоколад в форме плитки.

Шоколад не виноват

Ушлые монахи не могли не использовать столь замечательный продукт как шоколад в своих целях. В дни поста и покаяния в монастырях Южной Америки происходили настоящие шоколадные оргии. Самым замечательным было то, что при этом соблюдались более строгие правила поста, принятые на вселенском соборе в Триенте. Реформой вселенского собора четко регламентировалось все, касающееся мяса, рыбы, яиц. Однако, про шокоатл не говорилось ни слова. В Ватикане попросту не имели о нем никакого понятия.

Но так не могло продолжаться вечно. Очень скоро на шоколадные кутежи в монастырях обратили внимание. Посудите сами, в то время, когда простой народ, в общем порыве грыз плитки шоколада, дамы высшего общества придя в храм Господа, торопились в конце мессы не к скамье для причастия, а приказывали слугам подать прямо в церкви чашечку горячего шоколада! Обеспокоенный сообщениями о масштабах страсти к шоколаду в мексиканской провинции Чиапас, епископ Бернардо де Салазар смело выступил против этого безобразия…и был злодейски отравлен фанатичными сторонницами шоколада.

История которая учит нас поститься

Но вернемся в Ватикан, где мы приблизимся к поистине историческому моменту.

Согласно отчетам той папской аудиенции, папа Пий V не был внимателен к докладу епископов из Мексики. Его инквизиторское сознание было полностью озабочено фантастическими планами войны с турками. Он признался кардиналам, что не знает, что сказать по поводу проблемы из Америки, ведь он в жизни не пробовал ничего подобного, и попросту не знает каков шоколад на вкус. Надо отдать должное фра Жироламо ди Сан Винценцо из Мексики, он подготовился к такому повороту, и услужливо предложил Его Святейшеству попробовать чашечку самого изысканного горячего шоколада, которого он привез из Америки.

Сказано-сделано. Считанное время спустя на кухне Ватикана впервые в его истории запахло шоколадом. Чашечка дымящегося напитка торжественно преподносится святому отцу. Впервые в истории христианской веры догматическая проблема решается эмпирическим путем!

Инквизитор аккуратно берет чашку.

Инквизитор слегка принюхивается.

Затем инквизитор делает один глоток и…

…в тот же момент лицо папы искажает гримаса, а сам он трясется от ужаса. Он произносит исторические слова: «Potus iste non frangit jejunium». Что в переводе: «Шоколад не нарушает поста». Святой Пий полагает что столь мерзкий сладковатый напиток можно рекомендовать всем христианам как покаянное питье к посту.

С этого момента начинается победоносное шествие шоколада по католическим кухням Европы, реформированным в духе вселенского собора Триента.

На целую сотню лет шоколад становится любимым напитком итальянского духовенства. О чудовищных масштабах духовного лакомства мы можем судить из прискорбных событий, связанных с провозглашением святым Себастиана де Апаричио. У нас есть доказательства того, что во время церемонии канонизации один из членов коллегии духовных сановников принял взятку восемью фунтами шоколада, а его секретарь-двумя фунтами. Однако,этого оказалось недостаточно! И только шесть фунтов шоколада в качестве взятки в 1697 году обеспечила провозглашение Себастиана де Апаричио святым.

Орден иезуитов являлся самым верным сторонником шоколада. Один за одним появляются труды посвящённые этому продукту: Олониус Феррониус публикует восторженную «Оду дереву какао», Андреас Форциони пишет «Эллегию во славу шоколада», а его брат по ордену Томас Строцци выразил свой восторг в гимне на 89 страницах «De mentis potu sive de chocolatis opificio» («Об укрепляющем напитке, или о пользе шоколада»).

Шоколадное противостояние

Шоколад послужил причиной яростного спора между орденом иезуитов и орденом доминиканцев.

Оба ордена спорили о сущности Божьей милости и о выгодах от инквизиции. Чем слаще была хвала иезуитов шоколаду, тем жестче становились доминиканцы. Несмотря на то, что сам Пий V был доминиканцем, его орден в XVII веке начал новую морально-теологическую кампанию против шоколада.

Теперь дело не ограничивалось только постом. Доминиканцы настойчиво продвигали идею что есть шоколад аморально, а их трактаты на эту тему были полны ненависти к иезуитам и шоколаду.

К делу подошли основательно. В своей докторской диссертации «Disputatio medico-diaetetica», молодой венский врач Иохан Михаэль Хайдеру, защитил тезис доминиканцев о том что в шоколаде содержится таинственное вещество «афродисиакум». Шоколад – это «veneris pabulum», то есть еда любви, и что бы лучше соблюдать обет безбрачия, необходимо немедленно запретить для католических священников наслаждение шоколадом.

Результат оказался неожиданным. Доктор Хайдер попал в опалу. А в Вене удовлетворились тем, что труд против шоколада прилюдно и торжественно был сожжен.

Венский шоколадный спор был жестом отчаяния. В самом Риме к этому времени диспут о шоколаде давно закончился. Главным образом об этом позаботился кардинал Бранкаччо. Его «Diatribe de potu chocolate» («Полемика в пользу шоколада»), напечатанная в 1662 году, прекрасно принималась в церковных кругах, и даже ее шестой тираж был быстро раскуплен. Шоколад одержал победу. Иезуиты торжествовали.

«Church of England! So near – and yet so far!»…«О, Церковь Англии! Так близко – и все еще так далеко!»

Но слишком рано они торжествовали. Наступает час мрака. Приближался час измены.

Имя предателя – Томас Гейдж. В 1612 году он был послан своим отцом из Англии в Испанию, с целью вступления сына в орден иезуитов и возвращению Альбиона в лоно единственно божественной Церкви Ватикана. В 1625 году Томас рукополагается в священники, а далее, позабыв о своей Английской отчизне, отбывает на корабле миссионером на Филиппины.

Однако, не достигнув Филиппин, во время промежуточной остановки в Америке, он на 24 года теряет связь со своим орденом. По возвращению в Лондон, за пару сребреников он пишет книгу, в которой предает веру Ватикана и покаянно возвращается в лоно англиканской церкви. Хуже того, на страницах книги, на английском языке, он выдает протестантам все иезуитские рецепты изысканного шоколада!

Однако, не достигнув Филиппин, во время промежуточной остановки в Америке, он на 24 года теряет связь со своим орденом. По возвращению в Лондон, за пару сребреников он пишет книгу, в которой предает веру Ватикана и покаянно возвращается в лоно англиканской церкви. Хуже того, на страницах книги, на английском языке, он выдает протестантам все иезуитские рецепты изысканного шоколада!

Английский пират Френсис Дрейк, бравший на абордаж испанские корабли, презрительно выбрасывал какао за борт. Так как истинный протестант не ест шоколад. После предательства Томаса Гейджа, англичане решили даже захватить деревья какао на Ямайке. Тщетными оказались попытки королевского прокурора Роджера Норта закрыть шоколадные заведения в британской столице как «школы зла». Но все-таки пуританская мысль воспрепятствовала иезуитскому лакомству, и церковь в Англии пьет чай.

Протестанты и шоколадная фабрика

Однако, протестантам принадлежит создание современной индустрии шоколада. Индустриализация изготовления такого экстремального продукта католического вкуса, как шоколад, могла быть возможна только там, где протестантское чутье на деньги, торговлю и промышленность тесно пересекаются с католической культурой и гурманством – Французской Швейцарией. Не хозяйственная расточительность, а религиозные причины заставили основать самые известные шоколадные фабрики на Женевском озере. Самые известные основатели шоколадной индустрии (Франсуа Луи Кайе, Филипп Сушар, Анри Нестле, Даниель Петер) были расчетливыми протестантскими комерсантами, но все они были окружены итальянскими поварами-католиками, имевшими дело с шоколадом. С изобретением молочного шоколада Петера история шоколада достигает высшей, швейцарской, экуменической точки.

Написать комментарий

Анти-спам: выполните задание


:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)